В 1981 году у режиссёра-мультипликатора Александра Татарского произошёл конфликт с цензорами — его мультфильм «Пластилиновая ворона» заклеймили «идеологически безыдейным», «глупостью», «шутовством» и «белибердой», на озвучку сыгравшего почти десять лет назад роль Мюллера актёра Леонида Броневого заявили, что «гестапо и дети несовместимы» и запретили мультфильм к показу.
Несколько месяцев он пролежал на полке, пока режиссёр передачи «Кинопанорама» Ксения Марина и ведущий выпуска Эльдар Рязанов не показали мультфильм в эфире вопреки цензуре. Успех был колоссальным, дети скупали пластилин, «ворону» взяли на кинофестивали и запрет был снят, но Татарского чиновники откровенно невзлюбили.
Через два года вместе с писателем Сергеем Ивановым они придумали сценарий мультфильма под названием «Ёлки-палки, лес густой», по сюжету которого деревенский мужик-недотепа никак не мог принести из леса ёлку на Новый год. Когда режиссёр пришёл на киностудию, то буквально с порога услышал, что надо делать мультфильмы на актуальную тему, например, про пионеров, а не опять непойми что. Татарский вспоминал, что скандальное обсуждение длилось четыре дня, а на пятый он сказал, что согласен снимать на актуальную тему и будет делать мультфильм про Ленина. Члены худсовета насторожились — перспектива появления мультипликационного вождя революции в исполнении Татарского нравилась им ещё меньше. Режиссёр же настаивал, что это будет очень смешной мультик по рассказам Зощенко, и он готов прямо сейчас взяться за работу. Две недели он забрасывал худсовет сценарными заявками, и в конце концов услышал: « Делай что хочешь — только не про Ленина!
«
Сначала мультфильм был почти бессловесным, но руководство студии потребовало «разъяснить этот бред». Цензоры усматривали в образе главного героя насмешку над советским человеком в частности и русским народом в целом, и режиссёру пришлось приложить немало усилий, чтобы отстоять непутёвого мужика и доказать, что он просто фантазёр, а так у него упорный характер, он оптимист и преодолевает все неудачи. В процессе доработки сценария появились фразы, которые ушли в народ: «Маловато будет», «Кто в цари крайний?», «В теле такая приятная гибкость образовалась…», «Что за жизнь без пианины?», «Ох уж эти сказочки! Ох уж эти сказочники!» и другие.
Мало кто знает, что у героя было имя — его звали Семён Швырь. Александр Татарский и мультипликатор Игорь Ковалёв придумали этот персонаж задолго до мультфильма — молодые режиссёры были советскими пранкерами и по телефону разыгрывали чиновников от имени очень туго соображающего водителя Семёна Швыря. В мультфильме он обрёл внешность, а некоторые фразы были взяты из этих розыгрышей.
В первом варианте это была сказка про мужика, рассказанная деревенской бабой, и сюжет немного отличался. Бабу озвучивала Лия Ахеджакова, самого мужика — Станислав Садальский , но после всех переделок остался только Садальский, который говорил за всех героев. Правда из титров его имя вырезали — актёра заметили в гостинице в компании гражданки Германии и наказали «за связь с иностранцами». Гражданкой была его родственница — актёр с 12 лет рос в детдоме, долго искал родных и в середине 70-х нашёл давно эмигрировавшую двоюродную бабушку, которая специально приехала в СССР, чтобы с ним повидаться. Уже в 90-х в мультфильм вставили дополнительный титр с благодарностью Садальскому за предоставленный голос.
Работать с пластилином было сложно, поэтому снимали мультфильм больше года. Аниматоры лепили героев и фон, затем раскрашивали, так как пластилин в кадре смотрелся бледно, а потом для каждой секунды мультфильма делали 24 снимка, по чуть-чуть меняя позы и декорации. Для сцен, когда из бесформенной пластилиновой массы появлялись вещи и персонажи, готовые фигурки постепенно сминались в комок, а потом плёнку с ускорением прокручивали в обратную сторону. Озвучку записывали отдельно, а уже под речь подгоняли движения губ персонажей — для советской анимации это было новаторским ходом.
Для героев были вылеплены несколько голов с разной мимикой и несколько рук с разными движениями, которые в процессе съёмок менялись на пластилиновом теле в соответствии с жестами и произносимыми звуками.
Весь процесс требовал кропотливости, точности и скорости, так как пластилин таял под горячими софитами и терял форму даже при том, что для стабильности в него подмешивали цемент.
Музыку к мультфильму написал композитор Григорий Гладков. Татарский попросил его сделать какой-нибудь абсурдный саундтрек типа игры на расчёске под перкуссию спичечного коробка, но на студии идею не одобрили. Тогда Гладков предложил использовать американский народный инструмент казу с гнусавым крякающим звучанием. Руководству это тоже не понравилось, и для музыкального сопровождения был приглашен оркестр Гостелерадио. Когда все записи были сделаны — Татарский и Гладков сверху наложили казу, и комиссия при сдаче материала ничего не заметила! Композитор вспоминал, что Татарский, чтобы было «как у Феллини» — сначала очень весело, а в конце очень грустно: «Сочини, Гриша, такую мелодию, под которую нас хоронить будут…»
В финале герой играл на свирели печальную музыку, которая в 2007 году прозвучала на похоронах режиссёра Александра Татарского.
Свежие комментарии